Сейнер «Павел Гудимов» продолжает настойчивый лов в море совр. укр. фотографии. На этот раз в сети попал матерый, нагулявший жир экземпляр — Кадников. У Гудимова как на плавучем рыбкомбинате — живая выставка и тут же консерва-книга из серии «Украинское фото». На следующий день — мастер-класс — как эту рыбу разделывать.

По части разделывать — ­Кадников тот еще экземпляр. Его CV можно взять в рамочку и повесить на стену — как до­кумент эпохи. Александр ­Кадников, 1967 г. р., окончил Сим­феропольское профессио­нально-техническое училище по классу «фотодело» (1985), ­фотограф 5 разряда.

Его выставки закрывал еще Симферопольский обком КПСС — «как антисоветские». Антисоветчик Кадников не думал ничего там свергать, просто весело фотографировал, что ни попадя. Он же все-таки крымский парень — любит, чтобы было красиво. Его хит тех лет — голый саксофонист в волнах прибоя. Примерно так начиналось похмельное утро на легендарном нудистском пляже в Коктебеле.

Потом его подхватил журнал «НАШ». Арт-директор «НАШ»-а Игорь Николаенко затянул доверчивого Кадникова в пучины постмодернистских двусмысленностей и мутные волны сюрреализма днепропетровского разлива. В порочном «НАШ»-е восприимчивый Кадников быстро стал самым порочным. Оставаясь при этом простым крымским парнем, плоть от плоти. Что всегда хорошо заземляло психоделические фантазии журнала, давало ему почву. Фотографировать живую улицу и видеть в ней сюрреализм — это вам не белый порошок в ночных клубах соткой втягивать.

Кадников еще и мастер сочно высказаться, приписать к своим фотографическим исследованиям какие-нибудь «пивные хокку», типа: «Молчание — золото, но чаще всего это золо-
тые зубы». С ним, наверное, хорошо постоять за кружечкой светлого.

Кому же, как не Кадникову, повспоминать, как все было «при совке»? Пофотографировать кильку в томате, исчезающий на глазах баухауз пионерс­ких лагерей и военных частей — тогда это называлось «наглядная агитация». Кадников, как всегда, назвал новую серию несколько загадочно: «Тьматаракань». И сделал, как всегда, все красиво: баночки с килькой расставил, газетки разложил. Вот некоторые говорят — «социальный фотограф». Какой там социальный — поэт. Из тех, что читают стихи за ­заплеванной пивной стойкой. Настоящий.